?

Log in

No account? Create an account
FinalStrike: Advent of Black Seraph - Final Strike [entries|archive|friends|userinfo]
Final Strike

[ website | Anti-CS coalition of True Final Fantasy Fans ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

FinalStrike: Advent of Black Seraph [Sep. 8th, 2007|12:11 am]
Final Strike

finalstrike

[moyra_athropos]
[Tags|, ]

За границами вселенной простирается Тьма. Он знает это. Он был там, в этой Тьме, в тот миг, когда она кснулась планеты, на которой происходила Катастрофа. В миг невозможного. В миг прорыва границ миров и смешения света чуждых солнц. Он был там. Как он попал туда? Он не помнит. Ему пришлось забыть всю свою прошлую жизнь, но по счастливой случайности Тьма коснулась именно того мира, где... Впрочем, нет. Судьба персонажа была лишь тенью его истинной судьбы. И про Тьму никто не мог даже догадываться.
А он... Он хорошо помнит, как вырвался из кромешного мрака, бесформенного и безразмерного ада, поглощающего мысли, чувства, воспоминания - измученный, истерзанный и нагой, лишённый всего, даже имени. Он лежал на песке, раскрыв тело цвету, и запаху, и звуку! - миру, окружающему его, а где-то вдали бушевала Катастрофа. Он чувствовал, как инородные молекулы и атомы проникают в его тело, сливаясь с генной структурой чужака. И он рассмеялся, внезапно ощутив, что сделали с ним Тьма и этот мир. Теперь он был вечен. Он не мог умереть ни от старости, ни от местных болезней. Он стал бессмертным... Вечным существом, потерявшим себя и забывшим свое имя. Что ждало его, надежда или отчаяние?

* * *

Его выкинуло на окраине небольшого города, почти не разрушенного, но попавшего в зону химического заражения, так что все жители умерли. Город был оставлен в его распоряжение. В сумерках он прошелся по улицам, осторожно ступая по разбитому стеклу, проходя мимо брошенных пустых автомобилей, вдыхая слабый аромат разложения. Один из домов чем-то привлёк его; он вошёл. Ковровая дорожка - мягкая, но давно не чищеная - вела из прихожей в гостиную. Там горел свет, на столе лежала раскрытая книга. Сам хозяин этого дома, молодой парень, сидел, откинувшись, на диване. Он был мёртв. Пришелец подошёл к столу и глянул на выцветшие, пожелтевшие страницы. Красивое, загадочное и печальное...
Gondor! Gondor between the Mountains and the Sea!
West Wind blew there; the light upon the Silver Tree
Fell like bright rain in gardens of the Kihgs of old.
O proud walls! White towers! O winged crown and throne of gold!
O Gondor, Gondor! Shall Men behold the Silver Tree,
Or West Wind blow again between the Mountains and the Sea?


</center>* * *</center>
Так чужак в этом мире нашел дом одежду и пропитание на какое-то время. Полностью автоматизированная электростанция не отключилась, и почти во всех домах продолжали работать холодильники, морозильные камеры - запасы замороженных полуфабрикатов всегда к услугам того, кто придёт их забрать. Он обследовал город, собирая продукты и всё интересное, что мог найти, и относя это в свой дом, чей прежний хозяин покоился теперь во дворе, в неглубокой могиле посреди лужайки. Среди вещей покойника обнаружилось какое-то потёртое удостоверение на имя Рейнарда Пирса, и лишённый имени стал называть себя так, а сокращённо - Рейн. Иногда ему казалось, что вместе с именем к нему перешла какая-то часть сознания умершего человека - ему не пришлось долго и затруднённо осваиваться с вещами и реалиями этого мира - стоило коснуться предмета, и знание приходило само. Или он только вспоминал забытое?
Как бы то ни было, но вскоре он собрал в своём доме множество различных книг, музыкальных альбомов, компьютерных игр, и начал изучать. из книг его особенно увлекла именно та, которую перед смертью читал прежний Рейнард Пирс - сказка, но красивая и необычная сказка. неожиданно для себя он увлёкся компьютерными играми, и они давались ему с лёгкостью. Кроме того, он отыскал в городе оружейный магазин, взял оттуда кое-что и периодически тренировался, разнообразя свой рацион мясом странных тварей, поселившихся в заражённой зоне. Но любимым его оружием стал меч, висевший в гостиной его дома - длинный, хоть и не очень, прямой, гордо и настороженно покоящийся в ножнах, обтянутых чёрной кожей; острый, удобный, сбалансированный - настоящий меч. Тигр. Так Рейн и назвал его, и меч принял нового хозяина, и немало чудовищ Рейн уничтожил при помощи Тигра, а не винтовки.
Настоящим откровением, посланием свыше для того, кто дал себе имя Рейн, стала Final Fantasy VII. Вначале ему показалось, что он увидел себя, и ему почти удалось вспомнить, как это было, но некоторые сюжетные линии и ходы вызвали такое отторжение у его памяти, что он понял: игре нельзя доверять. Хотя в общих чертах наверняка правильно. А насчёт материи... Такое ему не требовалось, ибо что есть материя как не конденсат Течения Жизни? Он чувствовал в себе силы стереть этот городок с лица земли, но старательно избегал своей мощи, не давая ей проявиться. Однажды ему пришло в голову, что он попросту не хочет вспоминать, кем был прежде. Что ж - пусть так. Ему понравилось жить. Он полюбил сидеть у раскрытого окна во время дождя, слушая шорох капель, падающих на песок, на гравий, в засохшую траву. Тёмно-серое, почти чёрное небо завораживало своей величественностью и напоминало о чём-то забытом, несбывшемся, невыполненном. Во время дождя Рейн чувствовал себя средоточием мировой энергии, центром вселенных, сердцем целой реальности, с кровью проникая в самые отдалённые уголки этого гигантского организма. Хотелось взмыть в воздух с мечом наголо и мчаться сквозь тяжёлые тучи, собирая молнии на острие и бешено хохоча от переполняющей тело и дух силы.

* * *

Потом им завладела тоска. За всё время одиночества Рейн не раз пытался представить себе встречу с людьми этого мира, но тщетно. И настал день, когда, прекратив пытаться и не думая о грядущем, он собрал самые нужные вещи - в том числе меч, винтовку и несколько самых любимых книг - сел на мотоцикл и навсегда покинул свой дом.
Через неделю в одной глухой деревушке объявился человек, назвавшийся Хищником. Селяне обратили внимание на его чёрную одежду, необычные волосы, меч и странную манеру разговаривать, выдававшую чужака. Незнакомец некоторое время оберегал деревню от чудовищ и лихих людей, но, когда его провозгласили героем округи и хотели выдать за него дочку старосты, однажду ночью он исчез. Дочь старосты нашли в лесу зарубленной. Говорили, что Хищник отправился мстить тем, кто убил девушку, но были и верившие, что убил её он сам. В других деревнях повторялась та же история.
Слухи летели по селам, противоречивые слухи о Хищнике. Его называли то героем и защитником, то хладнокровным убийцей. Его любили, его боялись и презирали. Он оставался тайной. Легендой. Страшным сном. Он продолжал странствовать, свободный, как ветер, ища и не находя душевного равновесия.

* * *

Её звали Мэй. Солнечно-рыжие волосы, небесно-синие глаза, симпатичная улыбчивая мордашка и зелёное платье, под которым угадывалась вполне женственная фигурка - такая она была. Робкая, застенчивая, романтичная и мечтательная - такая была Мэй, и она влюбилась в Хищника. Её не только не пугали слухи, дошедшие издалека, более того: она верила, что сумеет исцелить его искажённую душу силой своей любви. Чистое, невинное дитя...
Она везде таскалась за Рейном и, в свою очередь, пыталась водить его с собой - на рынок, в соседнюю деревушку за продававшимся там мёдом. Как ни странно, он не возражал. Он даже испытывал необычное спокойствие рядом с Мэй, возможность отрешиться от забытого прошлого, от Тьмы, забравшей память и взамен оставившей частицу себя в его сердце, от тьмы, окружавшей его в этом мире. Когда он впервые заметил это, он удивился. Потом задумался, не влюбился ли он. Так и не придя к окончательному выводу по этому вопросу, посмеялся над собой и заточил меч. Он не верил в любовь.
А на дворе стояло лето, тёплое, ласковое, нежное, как возлюбленная, и буйная зелень заполняла каждый уголок. Однажды утром Мэй прибежала к его двери и позвала с собой в лес, за дикими розами. Рейн смущённо улыбнулся сам себе и пошёл. На этот раз он не взял свой меч.
Мэй привела Хищника туда, где росли дикие розы. Аромат кроваво-алых цветов пропитал воздух, очаровывая и дурманя сознание. Когда-то здесь жили люди, подумал Рейн. Эти розы - всё, что от них осталось. В это время Мэй сорвала один цветок и протянула ему. Он хотел взять розу, но в последний момент его рука дрогнула, и цветок упал на траву. Внезапно на Рейна набросились сзади. Двое, не меньше. Заломали руки за спину, несмотря на отчаянное сопротивление. Рейн ощутил холодный укол шприца в плечо, и тело сразу же начало неметь. Неизвестные отпустили его; он не смог устоять на ногах.
Последний взгляд: красный цветок на зелени... как кровь... в этот раз - вместо крови.
Последние слова:
- Прости, Хищник! Они обещали хорошо заплатить.
И вновь - тьма. Начало пути.

* * *

Свет не вернулся. Рейн был прикован к стене в холодной и сырой тюремной камере. В глазницу единственного крохотного окна не попадали лучи солнца. На почтительном расстоянии стоял высокий, но сутулый человек, едва отличимый от царившего в камере мрака.
- Прошу извинить за такие меры... Вы должны нас понять: это был единственный способ поговорить с вами.
- И о чём же вы хотите поговорить? - злобно бросил Рейн.
- Пожалуйста, не держите на нас зла. Мы хотели бы с вами сотрудничать, только и всего.
Пленник повёл рукой. Цепь громко звякнула.
- Так-то вы предпочитаете разговаривать о сотрудничестве?!
- Ну... - сутулый усмехнулся. - Не могу скрывать: наши люди вас боятся. Вы хорошо известны. Но клянусь: как только я буду уверен, что вы на нашей стороне, я отпущу вас. Идёт?
Рейн оскалился. В его мозгу звучали голоса. Настойчивые, вкрадчивые. "Идём с нами," - шептали они. - "Здесь твоё место. Ты нужен Империи." А почему бы и нет, подумал Рейн. Разорвал цепи и шагнул к сутулому.
- Я согласен.

* * *

Он не верил в любовь. Он верил во Тьму, и она стала для него убежищем, и защитой, и источником его силы. Он не жалеет. Он утратил свой путь к свету, получив взамен уверенность в том, что есть. Прав ли он был - не так уж важно. Где-то, за гранью Вселенной, она ждёт его... Тьма.

(c) morlot aka predator_r
LinkReply